Статья: Епископ и империя: Амвросий Медиоланский и Римская империя в IV веке

"Я СТАЛ УЧИТЬ ВАС ТОМУ, ЧЕМУ И САМ ЕЩЕ НЕ НАУЧИЛСЯ"

(Амвросий. Об обязанностях священнослужителей 1,1,4)

Амвросий начал свое пастырское служение, когда он уже перешагнул возраст Христа. В эти годы уже не легко начинать новую жизнь, тем более что внутренне он не был готов к этому, а стал епископом, по меткому выражению А. Джоунса, из чувства долга.

Новоиспеченный епископ был человеком невысокого роста (163 см), но его гордая, благородная осанка не позволяла замечать этого недостатка. У него было узкое, продолговатое и весьма изящное лицо, обрамленное черной бородой, создававшей яркий контраст светлой тонкости его черт. Его большие и выразительные глаза производили сильное впечатление на собеседников не только в силу глубины и притягательности его взгляда, способного проникнуть в сокровенные тайники человеческой души, но и благодаря легкой асимметрии: его правый глаз был расположен ниже левого на 3 мм [1]. Благородное спокойствие и уверенность в себе выдавали в нем настоящего римского аристократа, предназначением которого было управлять судьбами и душами людей.

Для церкви Амвросий оказался ценнейшим приобретением. "Он принадлежал к разряду великих администраторов империи, солидных и здравых умов, напитанных принципами древнего права, уважающих власти, преданных поддержанию порядка. Он внес в управление церковью ясность взгляда, решительность, понимание действительности и жизни, приобретенные им при управлении провинциями" [2].

Возможно вы искали - Реферат: Образование Русского централизованного государства XIV-середина XVI в.

Как видно из биографии Амвросия до епископства, он не был христианином. В литературе есть точка зрения, что до выборов он был катехуменом, то есть следовал обычаю отсрочки крещения, чтобы подготовиться к этому важному акту. Однако в источниках нет прямых подтверждений этому мнению. Напротив, по положению и образованию Амвросий принадлежал скорее к языческому лагерю. Правда, источники не дают оснований утверждать, что он был горячим и убежденным сторонником языческого культа. Наиболее вероятным представляется то, что до епископства Амвросий, как и множество других римлян той сложной переходной эпохи, был относительно индифферентен к религии вообще и имел чисто практическую наклонность характера, выполняя лишь те религиозные нормы и обычаи, которые требовал его долг гражданина. Но, оставаясь идеологически и духовно за гранью христианства, Амвросий, как широко образованный и передовой человек своего времени, не мог не видеть, что именно эта религия, а не язычество, больше всего отвечает новым историческим условиям и что пост епископа в императорской столице открывает новые перспективы для его карьеры. Несомненно, переход Амвросия с поста наместника провинции на пост епископа не мог пройти совершенно безболезненно для него и сопровождался сомнениями, душевными муками и даже определенной ломкой сознания. Однако вряд ли можно сомневаться в том, что Амвросий пошел на новое поприще сознательно, хотя и под давлением обстоятельств, но, тем не менее, ощущая необходимость, а, возможно, и перспективность этого важнейшего шага в его жизни.

В любом случае нет оснований утверждать, что на Амвросия нашло некое озарение. Выбор был сделан им осознанно, и христианизация его личности происходила уже после того, как он принял крещение и стал епископом. Превращение Амвросия в христианина заняло не один день, а достаточно длительный период времени, возможно, на это ушло несколько лет. Вместе с тем, даже во время расцвета своей христианской карьеры Амвросий в первую очередь оставался политиком и практиком, и лишь во вторую был епископом и теоретиком.

Вступление Амвросия в новую должность не означало для него мгновенного разрыва с тем миром, в котором он прожил всю свою предшествующую жизнь.

Будучи человеком весьма состоятельным, вначале Амвросий должен был решить вопрос о своем имуществе. Приняв сан епископа, он сделал очень значительные пожертвования бедным и церкви. Отрекаясь от предыдущей жизни, Амвросий вряд ли думал, что для его нового служения потребуются деньги наместника провинции. К тому же на него произвел сильное впечатление упомянутый эдикт императора Валентиниана о недействительности завещаний вдов и сирот в пользу клириков, и Амвросий попытался продемонстрировать свое бескорыстие и перед императором, проявлявшим явную заинтересованность в престиже своего бывшего чиновника, и перед язычниками, использовавшими всякий повод для очернения христиан, и перед христианами, которым давался яркий моральный пример, возвышавший епископский авторитет, и перед клириками, которых этот жест нового руководителя должен был дисциплинировать и умерить в амбициях.

Однако Амвросий сохранил всю недвижимость и рабов, пользуясь тем, что родительским имуществом он владел нераздельно с братом Сатиром, который по-прежнему оставался "в миру". Со слов самого Амвросия известно, что Сатир управлял всеми делами их владений и даже совершил уже во время епископства Амвросия вояж в далекую Африку, чтобы взыскать недоимки с арендатора их земли некоего Проспера.

Похожий материал - Реферат: Принятие христианства на Руси

В разгар этой бурной деятельности Сатир скоропостижно умер [3], и Амвросий понес еще одну тяжелую семейную утрату, еще больше отдалившую его от прежней жизни. Именно по поводу этого печального события Амвросий и написал свое первое произведение в качестве христианина и епископа [4] - похоронную речь, которая в дальнейших подобных творениях развилась в новый жанр литературы - христианских утешений.

В содержании этой речи пока еще нет почти ничего христианского. Это - как бы диалог Амвросия с умершим братом, воспоминание о его достоинствах, изъявление братской любви:

"Ты был мне судьей в советах, соучастником в трудах, ходатаем в делах, гонителем моей печали, защитником моих дел и намерений. Ты один нес тяжесть домашних и общественных обязанностей. Я призываю твою святую душу в свидетели, что в учреждении церкви я часто опасался твоего неудовольствия в чем-либо... Ты без всякого порока управлял домом брата и делал честь его священству" (На смерть брата Сатира, 20).

Лишь позже Амвросий придал этой речи христианский оттенок, приложив к ней короткое произведение "О вере в воскресение", которое является словом, произнесенным через 7 дней после погребения, о воскресении мертвых и последних судьбах человека.

После смерти брата Амвросий передает свои поместья церкви, но всё же какую-то часть своих прежних владений оставляет за сестрой Марцеллиной. Последняя, впрочем, была христианской девственницей, и поэтому можно считать, что теперь никакие домашние, семейные и имущественные дела Амвросия с миром не связывали.

Очень интересно - Реферат: Культура Руси и древнего мира

Около этого времени в отношения Амвросия с прежним миром легла еще одна трещина: 17 ноября 375 г. от инсульта, случившегося в припадке ярости, умер император Валентиниан. Из всех источников только историк Феодорит свидетельствует о присутствии Валентиниана на церемонии рукоположения Амвросия и о том, что спустя несколько дней после своего избрания епископом Амвросий смело разговаривал с императором и порицал незаконные действия властей, при этом Валентиниан воспринял такое поведение новоиспеченного священника как должное и даже поощрил его также смело и в соответствии с божественным законом действовать и впредь (Церковная история IV, 7). Достоверность этого сообщения вслед за многими исследователями с полным основанием можно подвергнуть сомнению. Конец правления Валентиниана был слишком беспокойным временем для Римской империи, чтобы император, почти постоянно находившийся на дунайской границе, истерзанной варварами, мог выкроить время на церемонию рукоположения в епископы пусть и любимого им чиновника. Да и молчание других источников на этот счет кажется по меньшей мере странным. И уж совсем невероятным кажется то, что вчерашний наместник провинции мог разговаривать с всесильным императором таким тоном. Амвросий смог позволить себе подобное обращение с власть имущими лишь в зените своей епископской карьеры.

Приняв сан епископа, Амвросий тем не менее сохранил дружеские и деловые связи с представителями языческой интеллигенции и поддерживал с ними постоянные личные контакты, нередко выходящие за рамки компетенции главы Медиоланской церкви. В одном из писем Амвросий даже ставит в пример христианам язычников, вернувшихся после управления провинциями с топором, не запятнанным кровью (Письмо 25, 3). Свидетельством связей Амвросия с языческой аристократией является его переписка. Среди корреспондентов епископа встречаются сенаторы Нонний Аттик Максим, Флавий Писидий Ромул и ряд других лиц, не являвшихся христианами. Но самый показательный факт - 8 дошедших до нас писем, адресованных Амвросию Квинтом Аврелием Симмахом - главным оппонентом епископа в споре об алтаре Победы [5], в котором решались судьбы язычества и христианства как государственных религий Римской империи. Причем все эти письма были написаны уже после спора, окончившегося поражением Симмаха. Вот одно из таких писем, стиль и тон которого крсаноречиво свидетельствуют о том, что в отношениях главы церкви и лидера язычников не было и тени той враждебности, которая нередко свойственна людям, придерживающимся противоположных убеждений:

"Симмах - Амвросию.

Эти достойные похвалы мужи, мои братья Дорофей и Септимий [6] прибыли вместе с письмом от тебя [7]. Я чувствовал своей священной обязанностью извлечь из этого двойное преимущество, так чтобы ты мог почувствовать себя более щедро одаренным из-за их удвоенного выполнения этой обязанности, и они оба получили пользу как личности от различия в рекомендательных письмах, которых они заслуживают. Хотя наш брат Дорофей уже пользовался твоим доверием, тем не менее, я желаю, чтобы предпочтение, оказанное ему моим высоким мнением о нем, могло поднять его еще выше в твоей благосклонности, что, без сомнения, будет главным обстоятельством, так как любовь благородного сердца всегда в состоянии стать сильнее, когда она стимулируется добротой". (Симмах. Письма III, 32).

Это и другие письма Симмаха, самого Амвросия и его корреспондентов свидетельствуют, что не существовало пропасти между язычеством и христианством, а, вернее, между язычниками и христианами, вышедшими из одной аристократической среды и получившими одинаковое образование. Эти люди были связаны тесными узами античной культуры и древнеримских традиций, их благородство не позволяло им переносить идеологические и религиозные разногласия в сферу личных отношений, и различия в вере не омрачали их бескорыстной дружбы, основанием которой являлись их честность и искренность.

Вам будет интересно - Реферат: Репрессивная система и карательная политика СССР

Приняв крещение и вступив в должность епископа, Амвросий прежде всего взялся за изучение христианского учения - Священного Писания и трудов деятелей церкви. Серьезная учеба, несомненно, занимала большую часть его дня, а, возможно, и ночи. Наставником Амвросия был священник Симплиций, который занимал должность катехизатора [8] в римской церкви. Он обладал великолепным даром слова и способностью живо, ярко и интересно изложить то или иное учение. Вероятно, знакомство Амвросия и Симплиция состоялось еще во время пребывания будущего епископа в Риме, и Симплиций, узнав об избрании Амвросия, сам вызвался помочь ему разобраться в тонкостях христианской доктрины. Во всяком случае, Симплиция можно считать духовным отцом Амвросия, и последний питал к своему наставнику самые искренние чувства и горячую привязанность, не переставая называть его отцом даже в расцвете своей епископской карьеры, а перед смертью выбрал его своим преемником по Медиоланской кафедре.

Изучив в первом чтении Библию, к которой он после этого постоянно обращался как к неисчерпаемому источнику на протяжении всей жизни и на книги которой составил десятки комментариев, Амвросий принялся за изучение сочинений христианских писателей. Западное богословие в то время по уровню изложения, охвату теологических проблем, глубине мысли сильно уступало Востоку, но Амвросию, благодаря блестящему знанию греческого языка, не составило большого труда прочитать произведения самых знаменитых христианских авторов, таких как Ипполит, Ориген, Дидим, Климент Александрийский, Василий Великий.

Следует отметить, что христианское образование отнюдь не означало для Амвросия отречения от знаний, полученных в языческой школе. Как и многие другие римляне того времени, Амвросий прекрасно сочетал христианское и языческое образование, совершенно не нарушая цельности своей личности и выставляя источником истины Священное Писание. Уже будучи епископом Амвросий понимал, что на просвещенных римлян невозможно воздействовать путем голого отрицания христианскими истинами всех достижений античной культуры, и он настойчиво проводит мысль, что языческие авторы не были наделены истинной мудростью, а черпали ее из Ветхого Завета. Ведь библейские авторы жили раньше знаменитых языческих писателей и, по мнению Амвросия, давали пищу для идей лучших языческих мыслителей. В своих произведениях епископ находил возможным доказать заимствования из Библии у таких светочей античной мудрости как Сократ, Платон, Аристотель, Пифагор, Зенон, Цицерон. Он выводил доктрину стоиков из Книги Бытия, а простоту Священного Писания противопоставлял напыщенному стилю Аристотеля и перипатетиков.

Но вряд ли можно утверждать, что Амвросий сам был твердо убежден в верности своих доказательств. Для этого он был слишком хорошо образован и весьма умен. За всей этой хитрой словесной эквилибристикой, думается, скрывалась другая цель, о которой Амвросий говорит в некоторых своих произведениях, хотя сознательно не акцентирует на этом внимания. Эта цель - приобщить христиан к лучшим ценностям античного гения, остановить процесс разрушения, порой намеренного, античной культуры, сохранить преемственность древней языческой и новой христианской культуры. Вот почему Амвросий говорит, что христианин, пользующийся идеями лучших языческих мыслителей, не заимствует чужое, а лишь возвращает свою собственность, так как главный источник - Священное Писание, и мудрость древних авторов - это всего лишь побочный продукт христианской мудрости. А может Амвросию и другим передовым, мыслящим деятелям христианской церкви следует поставить в заслугу, что благодаря их стараниям, до сих пор не оцененным по достоинству, сохранилось очень многое из бесценного античного наследия, и не все было уничтожено безумными христианскими фанатиками, в неистовом исступлении уничтожавшими величайшие творения мировой культуры?

Интенсивное начальное христианское образование Амвросия продолжалось около двух лет, так как на третьем году своего епископства он, наконец, решается опубликовать свое первое христианское произведение "О девственницах" в трех книгах. Оно посвящено его сестре Марцеллине, принявшей покрывало девственности еще в то время, когда Амвросий жил в Риме. Брат и сестра сохраняли родственную связь и духовные контакты на протяжении всей жизни, и посвящение Амвросием своего первого христианского произведения сестре было данью братской признательности за то, что она заменила ему мать.

Похожий материал - Реферат: Мировой финансовый рынок и его структура

Сочинение "О девственницах" состоит из трех проповедей, обращенных не только к девам, но также к их родителям. Оно прославляет девственную жизнь как особую добродетель, включает поучительные примеры знаменитых девственниц и содержит разнообразные нравственные наставления.

- Куда это ты так спешишь, Присцилла? - спросила проходившую мимо соседку пышнотелая, цветущая матрона, явно стремившаяся выглядеть моложе своих лет.

- Разве ты не знаешь? Сегодня отец Амвросий в честь праздника святой Агнессы будет читать проповедь о девственной жизни, - ответила, едва переведя дух, не броско одетая, но статная женщина, хранившая отблеск былой красоты, уже увядшей под бременем лет и горя, которое выдавала седина, выбивавшаяся из-под темного покрывала, и усталый, мрачный взгляд.

- Что-то я раньше не слышала, чтобы побывавшие замужем женщины снова становились девственницами. Или ваш Амвросий такой мастак, что способен сделать это? Ведь ты похоронила мужа, помнится, лет пять назад.

К-во Просмотров: 118