В царствование великого князя Владимира, неподалеку от Киева, на берегу быстрого Днепра, в уединенной хижине жили три молодые девушки, сиротки, очень дружные между собою; одна называлась Пересветою, другая - Мирославою, а третья - Людмилою.
     Пересвета и Мирослава были прекрасны, как майский день; соседи называли их алыми розами, отчего они сделались несколько самолюбивы.
     Людмила была не красавица, никто ее не хвалил, и подруги ее, которых она любила всем сердцем, твердили ей каждый божий день:
     - Людмила, бедная Людмила, ты никогда не выйдешь замуж. Кто тебя полюбит, ты не красавица и не богата.
     Добрая Людмила верила им в простоте сердца и не печалилась: "Они говорят правду: я никогда не выйду замуж. Что ж нужды? Я буду любить Пересвету и Мирославу более всего на свете, буду ими любима: какого счастия желать мне более?" Так думала простосердечная Людмила, и чистая душа ее была спокойна. Ей минуло пятнадцать лет, но еще никакое смутное желание не волновало невинного ее сердца: любить своих подруг, ходить за цветами, распевать песни, как нежная малиновка, - таковы были все удовольствия доброй Людмилы.
     В один день все три подруги гуляли по берегу ручья, осененного соснами и березами. Пересвета и Мирослава рвали цветы для украшения головы своей, и Людмила также рвала их - для Пересветы и Мирославы: она воображала, что ей неприлично думать об украшении.
     Вдруг видят они на берегу ручья старушку, которая спала глубоким сном; солнечные лучи падали прямо на ее голову, седую и почти лишенную волос. Пересвета и Мирослава засмеялись.
     - Сестрица, - сказала одна, - какова покажется тебе эта красавица?
     - Лучше тебя, Мирослава!
     - И тебя, Пересвета!
     - Шафран едва ли превзойдет желтизною эти прекрасные щеки, покрытые приятными морщинами.
     - А этот нос, Пересвета, не правда ли, что он очень скромно пригнулся к подбородку?
     - Сказать правду, и подбородок отвечает своею фигурою красивому носу. Они срослись, сестрица.
     В продолжение разговора и та и другая беспрестанно смеялись.
     - Ах, сестрицы, - сказала тихая Людмила, - вам не пристало смеяться над этой старушкою. Что она вам сделала? Она стара: ее ли это вина? И вы состареетесь в свою очередь: для чего же смеяться над тем недостатком, который непременно будете иметь сами. Смеяться над старыми - значит прежде времени смеяться над собою. Будьте рассудительны, скажу лучше - будьте жалостливы. Посмотрите, как солнце палит голову этой бедной женщины. Наломаем березовых веток, сплетем вокруг нее маленький шалаш, чтоб сон ее мог быть спокоен и безопасен. Проснувшись, она благословит нас, будет за нас молиться, а небо всегда исполняет молитвы стариков и нищих, так говорила мне покойная матушка.
     Пересвета и Мирослава почувствовали вину свою; они наломали вместе с Людмилою березовых веток, сплели шалаш и прикрыли им голову спящей. Она скоро проснулась, увидела над собою тень, удивилась, начала осматриваться - перед нею стояли Пересвета, Мирослава и Людмила.
     - Благодарю вас, милые незнакомки, - сказала она, - приближьтесь, хочу оставить вам памятник моей благодарности. Вот три пояса; каждая из вас может выбрать для себя тот, который покажется ей лучше и более к лицу.
     Старушка кладет на траву три пояса: два из них были чрезвычайно богаты, из крупного жемчуга и алмазов; третий был простая, необыкновенной белизны лента, украшенная фиалками.
     Пересвета и Мирослава бросились на жемчуг и алмазы; Людмиле досталась белая лента.
     - Благодарю тебя, - сказала она старушке, - этот простой убор мне приличнее. Пересвета и Мирослава прекрасны лицом: им должно иметь и одежду прекрасную, а для меня довольно простой и самой скромной.
     - Ты говоришь правду, мой друг, - сказала старушка Людмиле, надевая на нее пояс, - никогда ни за какие сокровища в свете не снимай с себя этой ленты; не верь людям, которые будут говорить, что он тебе не к лицу; остерегайся обольщения гордости: потеряв этот пояс, ты потеряешь и счастие, с ним неразлучное.
     Людмила поцеловала старушку и дала ей слово не отдавать никому подарка. Старушка исчезла. Пересвета и Мирослава не могли вслушаться в ее слова; они с восхищением рассматривали свои жемчуги и алмазы и едва успели сказать, что они очень ей благодарны.
     Пересвета и Мирослава взялись за руки и побежали в свою хижину. Людмила, заметив, что они имели между собою тайну, шла за ними издали.
     - Не правда ли, - сказала наконец Мирослава, оборотясь к Людмиле, - что эта смешная старушка сделала тебе чрезвычайно богатый подарок?
     - Не богатый, но очень для меня приятный: я не люблю пышности.
     - Но для чего бы ей не сравнять тебя с нами?
     - Я об этом не подумала. То, что мне дают, приятнее для меня того, в чем мне отказывают.
     - Посмотри, как наши алмазы блистают.
     - Посмотрите на мою ленту, как она бела!
     - И тебе не завидно?
     - Можно ли завидовать тем, которых любишь? Я довольна, если вы счастливы.
     - Ты добрая девушка, Людмила. Останься дома, а мы пойдем а Киев покупать новые платья: наши слишком бедны для таких поясов, которые украшены алмазами и жемчугом. За одну жемчужину можем купить десять пар самого богатого платья.
     Пересвета и Мирослава пошли в Киев; Людмила осталась дома поливать цветы и кормить своих птичек.
     Ввечеру Мирослава и Пересвета возвратились в хижину с великим запасом богатых уборов.
     - Важная новость, сестрица, - сказала Пересвета Людмиле, - молодой князь Святослав, Владимиров сын, прекрасный, как весенний день, и храбрый, как богатырь Добрыня, хочет выбрать себе невесту. Множество красавиц, боярских дочерей и даже простых поселянок, собирается в Киев из дальних русских городов, из деревень и хижин. Кто ж запретит и нам искать руки прекрасного князя Святослава? Бог дал нам красоту, а добрая старушка наградила нас богатством. Мирослава и я хотим переселиться в Киев: каждая из нас благодаря своему драгоценному поясу может с честию и отличием показаться в люди.

К-во Просмотров: 4631
Найти или скачать Три пояса